КОЛЛОНТАЙ, ДЫБЕНКО: ЭХ, ЯБЛОЧКО, КУДЫ ТЫ КОТИССЯ…

В 1917 Александра Михайловна Коллонтай была уже зрелой 45-летней дамой, за плечами которой был распавшийся брак, целая куча любовников и долгие годы политэмиграции.

В Россию она возвратилась в апреле 1917, принимала активное участие в октябрьском перевороте. По заданию Ленина была направлена вести агитацию среди матросов Балтийского флота. И, надо сказать, с заданием справилась блестяще. Коллеги по партии называли ее Валькирией Революции. На волне революционного подъема А.Коллонтай познакомилась с будущим председателем Центробалта Павлом Ефимовичем Дыбенко (1889-1938).

П.Дыбенко (в центре) на палубе линкора «Император Павел Первый»

Выходец из бедной батрацкой семьи села Людков Черниговской губернии. Дюжий матросик с шикарными усами, дослужившийся до командарма второго ранга. С 1918 нарком по военно-морским делам, член РВС СССР. Участвовал в подавлении Кронштадтского мятежа. П.Дыбенко на семнадцать лет моложе А.Коллонтай, к моменту знакомства был уже женат. Однако, никакие  буржуазные предрассудки не могли остановить влюбленных!

П.Дыбенко

На первых порах Шурочка была ослеплена любовью: «Люблю в нем сочетание крепкой воли и беспощадности, заставляющее видеть в нем жестокого, страшного ДыбенкоЭто человек, в котором преобладает не интеллект, а душа, сердце, воля, энергия. Я верю в Павлушу, в его звезду. Он — орел». А.Коллонтай сопровождала любимого  на фронте и в поездке к его родителям на Черниговщину.

А.Коллонтай и П.Дыбенко в деревне у его родителей.

На общественном фронте у нее все также складывалось довольно удачно. А.Коллонтай быстро сделала партийную и государственную карьеру. В августе 1917 на VI съезде РСДРП она была избрана членом ЦК, затем введена в исполком Петросовета. Занимала пост наркома государственного призрения. В 1919 стала наркомом пропаганды и агитации в Крымской республике. В 1920 заведовала женотделом ЦК РКП(б).

Одним из главных направлений деятельности А.Коллонтай стала проповедь новой половой морали. Она последовательно отстаивала принципы свободной любви, основанной на соблюдении невмешательства супругов в личную жизнь друг друга: «Сексуальная потребность есть обычнейшая физиологическая потребность, удовлетворение которой не должно быть ничем осложнено, и сексуальный контакт не содержит никаких особых специфических факторов по сравнению с актом «выпить стакан воды» для удовлетворения жажды». (Новая мораль и рабочий класс. М., 1919).

Основные труды А.Коллонтай этого периода: «Международное социалистическое совещание работниц», «Работницы, крестьянки и красный фронт», «Международный день работниц», «Семья и коммунистическое государство», «Работница и крестьянка в Советской России» и т.д. А.Коллонтай создала также несколько художественно-публицистических произведений («Любовь пчел трудовых», «Дорогу крылатому Эросу» и др.).

А.Коллонтай внесла проект декрета о гражданском браке, который устанавливал равенство мужа и жены, а также равенство законнорожденных и внебрачных детей. Согласно этому декрету, брак признавался расторгнутым по первому желанию супругов.

Призывы А.Коллонтай: «Не сдерживать своих сексуальных устремлений, раскрепостить инстинкты и дать простор любовным наслаждениям!»сделали ее пугалом буржуазии и посмешищем в глазах обывателей. О ней рассказывали анекдоты и сочиняли неприличные частушки. Писатель Иван Бунин, люто ненавидевший большевиков, даже намекал на лесбийские наклонности А.Коллонтай: «забиралась в постель к подруге в голубом пеньюаре, с коробкой конфет, — понежничать и посплетничать».

В марте 1918 в советских газетах появилось объявление, что нарком государственного призрения Александра Коллонтай и нарком по морским делам Павел Дыбенко сочетались гражданским браком.

А.Коллонтай и П.Дыбенко . 1919

Между тем, судьба приготовила супругам тяжкие испытания. Медовый период оказался для них весьма горьким. На то были веские причины. 23 февраля 1918 П.Дыбенко получил приказ во чтобы то ни стало остановить германские войска под Псковом и Нарвой. В бою под Ямбургом отряд П.Дыбенко был разгромлен и панически бежал с позиций. 3 марта П.Дыбенко и его революционные матросы добрались до Гатчины, где захватили несколько цистерн со спиртом и перепились до бессознательного состояния.

Читайте также  АГАТА КРИСТИ: АМНЕЗИЯ ИЛИ МИСТИКА?

По совершенно необъяснимым причинам, именно 23 февраля 1918 позднее было объявлено днем рождения Красной армии. Однако, на тот момент В.И.Ленин считал иначе и называл события 23 февраля «горьким, обидным, тяжелым уроком». Он потребовал, чтобы П.Дыбенко срочно прибыл в Петроград. 15 марта 1918 ЦК принимает решение снять П.Дыбенко с поста наркома, а его полномочия передать Л.Троцкому. На 9 мая назначается судебное заседание по делу П.Дыбенко. Товарищ А.Коллонтай поручается за мужа и до суда он остается на свободе. Воспользовавшись отсрочкой, П.Дыбенко немедленно бежит в Самару к левым эсерам.

По сообщению «Известий Ц. И. К.»: «Настоящим доводится до сведения всех органов советской власти и начальников всех отрядов советских войск, что находящийся под следствием, обвиняемый в преступном оставлении Нарвы перед лицом неприятели и без достаточных оснований, равно как в несоответствующем достоинству начальника во время экспедиции поведении, бывший народный комиссар по морским делам Дыбенко, в нарушение собственноручной подписки о невыезде из Москвы, таковой же подписки о поручительстве товарища Коллонтай и таковой же подписки о ручательстве комитетов двух матросских отрядов, самовольно покинул Москву и скрылся, не уведомив о том следственную комиссию, причем скрылась и поручительница Коллонтай. 
В виду того, что следственной комиссией было намечено окончание следствие 15 апреля, и дело подлежало передаче в суд, комиссия предписывает всем органам советской власти и всем начальникам советских отрядов в районе деятельности которых оказались бы означенные лица, Павел Дыбенко и Александра Коллонтай, первого, как скрывшегося от ответственности и подлежащего суду, вторую, как поручительницу, подвергнуть по обнаружении немедленному личному задержанию и препроводить под усиленным конвоем в Москву в распоряжение следственной комиссии. Командирам матросских отрядов Смородинову и Соболеву, во исполнение указанного предписания вменяется, кроме того, в обязанность под строгой личной ответственностью, как поручителей».

Осознавая зыбкость своего положения, П.Дыбенко сделал вид, что раскаялся: «Конечно, я виноват в том, что моряки добежали до Гатчины…» Вместе с А.Коллонтай он вернулся в Москву и остановился в гостинице «Красный флот», бывшей знаменитой «Лоскутной». Собственно, именно здесь они смогли, наконец, уединиться от революционных бурь и отдаться своим чувствам. Однако, неумолимо приближался час расплаты, дата суда над трусом и дезертиром. Сидеть и дожидаться своей участи П.Дыбенко не собирался.

19 апреля 1918 в московских газетах появилось сообщение: «Бывший комиссар по морским делам Дыбенко со своей супругой г-жей Коллонтай проживал… в гостинице «Красный Флот», в № 5. После известного митинга, на котором выступал Дыбенко и на котором была вынесена резкая резолюция, направленная против советской власти, был отдан приказ об аресте бывшего комиссара. За Дыбенко было установлено наблюдение, и у гостиницы «Красный Флот» бессменно дежурил автомобиль. 3 дня назад Дыбенко внезапно исчез.

Из опроса администрации гостиницы выяснилось, что 14 апреля Дыбенко, уходя из гостиницы, сказал коридорному, что вернется поздно ночью, и что если кто его спросит, отвечать, что его нет. Через 2 часа после ухода Дыбенко из №5, опираясь на трость, вышла г-жа Коллонтай, одетая в простое крестьянское платье с платочком на голове, и обратилась к дежурному портье с просьбой сообщить ей адрес ближайшей больницы, куда ей нужно якобы поехать для производства операции. Коллонтай усадили на извозчика. Супруга Дыбенко увезла с собой 2 чемодана, заперла номер гостиницы, а ключ унесла с собой. Больше в «Красном Флоте» они не появлялись. К исходу вторых суток, когда ни Коллонтай, ни Дыбенко не являлись, обеспокоенная администрация гостиницы решила взломать дверь. Об исчезновении бывшего комиссара и его супруги было сообщено в комиссариат. Вчера, в 2 часа дня, Крыленко приехал в Кремль и сообщил об исчезновении Дыбенко и Коллонтай Ленину.<>

Читайте также  Донжуанский список Пушкина. 7

Отдано распоряжение о наложении ареста на имущество скрывшегося Дыбенко и Коллонтай. По слухам, они скрылись по направлению финляндской границы».

Неизвестно, собирались ли беглецы в самом деле бежать за границу. Они явно рассчитывали на помилование. Во всяком случае, еще 22 апреля А.Коллонтай обращалась к Верховному главнокомандующему Н.Крыленко с просьбой отменить приказ об аресте мужа. Н.Крыленко требовал, чтобы она указала его место нахождения, однако, А.Коллонтай от ответа уклонилась. 26 апреля П.Дыбенко был исключен из партии, а 9 мая предстал перед судом Революционного трибунала в Гатчине. Учитывая пролетарское происхождение, а также мнение военных экспертов, бывших царских генералов Лукирского и Кузнецова, суд вынес оправдательный приговор. За самовольный отъезд с фронта П.Дыбенко лишился своего поста, но его не только не расстреляли, но даже и не посадили. А.Коллонтай и вовсе отделалась партийным взысканием за укрывательство.

Нелепый союз  дочери царского генерала и балтийского матроса продержался ок. пяти лет. Вскоре А.Коллонтай начала замечать недостатки мужа: «Дыбенко несомненный самородок, но нельзя этих буйных людей сразу делать наркомами, давать им такую власть… У них кружится голова«. П.Дыбенко также был разочарован: «Когда в самом начале братишки обвинили меня в том, что их на бабу променял, я им ответил: «Разве это баба?! Это же Коллонтай!» Да, я подходил к тебе не как к женщине, а как к чему-то более высокому, более недоступному. Но ты все чаще становилась обыденной женщиной. Мне было странно видеть это. Мне просто хотелось уйти от тебя».

А.Коллонтай и П.Дыбенко в Одессе.

В 1921 отношения окончательно зашли в тупик. П.Дыбенко постоянно пускался в загулы, в пьяном угаре пытался покончить с собой. На его даче в Одессе появилась Валентина Александровна Стафилевская. Восемнадцатилетняя дочь белоэмигрантов досталась ему в качестве военного трофея. Находилась при П.Дыбенко с 1923 по 1929. В 1933 он женился на учительнице Зинаиде Викторовне Карповой, которая родила ему двух сыновей. В годы сталинских репрессий отсидела восемнадцать лет в лагерях. С 1936 по 1938 гражданской женой П.Дыбенко была рекордсменка-бегунья Зинаида Ерубина, также родившая ему сына. В 1936 П.Дыбенко активно поддержал обвинения в адрес ряда красных командиров, в т.ч. М.Н.Тухачевского. В 1938 сам П.Дыбенко был обвинен в участии в антисоветском заговоре; расстрелян 29 июля 1938.

П.Дыбенко. Одна из последних фотографий.

К этому времени А.Коллонтай уже давно отмежевалась от бывшего мужа. Разрыв дался ей нелегко. Однако, в 1922 она нашла в себе силы написать И.Сталину: «Прошу больше не смешивать имен Коллонтай и Дыбенко. Наши пути разошлись». Впереди ее ожидали новые встречи и новые увлечения. А.Коллонтай сделала головокружительную дипломатическую карьеру и закончила свою долгую жизнь в ранге Чрезвычайного и полномочного посла Советского Союза.

\